Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Со всей страны организованно свозят зрителей на концерты, придуманные невесткой Лукашенко. Сколько за это платят налогоплательщики
  2. Кочанова возмутилась жертвой прав ради политики, но не вспомнила о репрессиях в Беларуси
  3. В Беларусь пытались ввезти рекордную контрабанду взрывчатки. Вот что узнало «Зеркало» о водителе
  4. «Ждем, когда появится». Бывший муж Анжелики Мельниковой рассказал, где сейчас он и дети и знает ли о местонахождении спикерки КС
  5. «Наша Ніва»: Муж беларусской журналистки за границей не единственный, кто имеет паспорт прикрытия
  6. Беларусы используют лайфхак, чтобы быстрее получить шенген. Узнали, что за он
  7. Чиновники рассказали, какие товары могут подорожать в ближайшее время. Поясняем, с чем это связано
  8. Что с деньгами, которые должен был получить фонд пропавшей Анжелики Мельниковой? Вот что узнало «Зеркало»
  9. «Неважно, остаются работать или же уходят на пенсию». Нанимателей попросили предоставить данные по сотрудникам — для чего
  10. В беларусских тюрьмах заставляют носить разные бирки. Так уже делала раньше одна страна — и властям Беларуси не понравится сравнение
  11. Торговые войны, падение цен на нефть — каких курсов ждать в апреле: прогноз по валютам
  12. Официальные профсоюзы бьют тревогу из-за пенсий и зарплат бюджетников. Что с ними не так
  13. В ближайшее время Россия, вероятно, нанесет очередной массированный удар по Украине — ISW


По последним официальным данным, в результате теракта 22 марта в подмосковном «Крокус Сити Холле» погибло 133 человека. Среди них есть супруги Игорь и Анна Фигурины. Они пришли на концерт группы «Пикник», который был запланирован в тот вечер, со своей 16-летней дочерью Златой. О ее судьбе пока ничего не известно. Журналисты независимого издания «Берег» поговорили с Николаем Фигуриным — братом погибшего Игоря. Мы частично пересказываем его слова.

Николай Фигурин (слева) с братом Игорем. Фото из семейного архива предоставлено для издания "Берег"
Николай Фигурин (слева) с братом Игорем. Фото из семейного архива предоставлено для издания «Берег»

— Я потерял не просто брата, а семью. Вся его семья погибла: жена Анна и дочь Злата, про которую мы до сих пор ничего не знаем — где она и что с ней. Но что они были там вместе, это мы знаем. Потому что еще один наш родственник выжил во всем, что там происходило. Но о Злате не известно сейчас ничего, — говорит Николай Фигурин.

По его словам, семья Игоря пошла на концерт только потому, что из Оренбурга приехал тот самый родственник его жены Анны. Планировали собраться компанией и хорошо провести время.

— Отцу [Анны] я сегодня сам все сообщил. Не знаю, как он переживает это, — признается Николай. — Приеду [к нему] — увижу, наверное, лично. Надеюсь, что будет живой. Он в дочке [Анне] и внучке [Злате] души не чаял — только ради них и жил.

Злату, о судьбе которой неизвестно, Николай описывает как «отличницу и умницу». Она была единственным ребенком в семье. По словам собеседника «Берега», его брат с женой «все делали, чтобы она стала хорошим человеком».

Говоря о брате, Николай сообщает, что тот был «мужчиной с большой буквы» и что «сделал себя сам».

— Мы из простой рабочей семьи, родом из Покрова. Мама души в нем не чаяла — она как будто знала, что он станет умным мужиком. Вот он таким и стал — юристом. Начинал в Усаде [Владимирской области] — в итоге добился того, чтобы приехать сюда, в Москву. Он больше пяти лет ездил в Москву на работу на электричке. Вставал в пять часов — и ехал. Потом пошел на повышение. Не знаю его регалий, но знаю, что в компании его уважали. И что он своим трудом заработал на однокомнатную квартиру.

Также Николай Фигурин говорит, что у него есть беларусские корни по матери, а его двоюродные братья и сестры живут в нашей стране. По словам Николая, скоро они выедут в Москву (вероятно, на похороны. — Прим. ред.).

— Я передал властям сведения о людях, которых разыскиваю, но ответного звонка так и не поступило. Но я все-таки надеюсь, что это только потому, что людей очень много погибло — и все, как и я, сейчас разыскивают своих. Я не хочу ни на кого обижаться. До последнего надеюсь, что хотя бы кто-то один выживет. И про Злату ведь пока ничего не сказали. Может быть, брат ее все-таки как-то куда-то вытолкнул… Я не знаю. Наверное, если бы вытолкнул, она бы уже дала о себе знать, — рассуждает Николай. — Когда следователь со мной разговаривал, у меня сердце из груди вынули — а обратно ничего не вставили. Я волосы на голове отрывал. Я — человек, которому 55 лет, который побывал на СВО (Фигурин называет войну именно так. — Прим. ред.), который за свою жизнь увидел достаточно — и, как мне казалось, не сломался. А вот сегодня ночью я сломался. Просто сломался.